January 21st, 2008

Шарнитц

Клара и Хорст не давали нам покоя - в хорошем смысле, разумеется. Они постоянно звали нас в гости на обеды и ужины, возили по окрестностям. Клара даже сказала - было бы побольше времени, съездили бы в Париж. Или в Италию - она совсем рукой подать. Но на этот раз мы ограничились Тиролем, потому что было что посмотреть. 

Сегодня мы едем в Шарнитц - это австрийская деревня, в которой родилась и провела детство Клара. Отец ее был почтарем, а мама - учительницей. Дом - столетний  ( и правда, столетний, без преувеличения) - в котором раньше была почта и жила вся многочисленная семья Клары, теперь принадлежит ее брату Йозефу. Он старше Клары, женат, дети уже взрослые.

Мы едем в горы, местами есть снег, потом опять чисто. Опять один город переходит в другой, и непонятно, где именно они переходят. Внезапно мы останавливаемся возле большого двухэтажного дома. Приехали.

Напротив - кирха. Большой чистый двор. Дом сказочный, деревянный - стеклянная дверь как будто покрыта тонким слоем льда - это такое волнистое стекло, сквозь него видна огромная прихожая. Входная дверь украшена елочными ветками, во дворе рядом с домом - елочки, все в шишках. Дом старинный, а в окнах стеклопакеты. Так везде в Австрии, очень удобно - никаких шумов и пыли с улицы. Второй этаж - гостиница, которую содержит Ева, жена Йозефа. А сам он - фермер. 

Внизу, где раньше была почта, жилые помещения. Это длинный и просторный коридор, шириной напоминающий комнату. Домотканные половики, беленые стены и потолки, настольные лампы тут и там,старинные фото на стенах, старинный шкаф. В общем, опять стиль кантри.Нас ждали. Ева напекла к столу столько чудесной снеди, что я не все смогла попробовать. Она очень стройная, моложавая, простая, улыбчивая. 

Мы рассматривали в коридоре фотографию семьи Клары, где были, по словам Евы , все, кроме Клары. Потому что она, со смехом сказал кто-то, опять видимо умчалась кому-нибудь на помощь.
-А вот и Йозеф! - я гляжу во все глаза на фото, но не вижу, где среди этих людей хозяин дома.
- Да вот же он!- еще громче и дружней кричат мне. Да где?! - я поворачиваюсь от фото и вижу, что хозяин дома стоит  (видимо уже давно) передо мной и с интересом и чуть заметной улыбкой смотрит на меня. Вот это да!

Он произвел на меня впечатление... Огромный, только что с работы, поэтому в надетой поверх одежды фланелевой клетчатой рубашке, с крупными чертами лица, большой головой, какой-то нескладный в своей силе и гармоничный, созданный для тяжелой работы на земле. Он был похож на Кола Брюньона и Квазимодо, на героев классической западной литературы, на этих крестьян с огромными руками, героев Бальзака, Гюго, Стендаля. 

Он тоже знал, что приедут гости, но его труд таков, что  никогда не кончается. Он на минутку или полчаса зашел домой, чтобы познакомиться и выпить с нами чаю (кофе), а потом опять ушел по своим нескончаемым делам.За столом он  нежно  держал на своих огромных руках малышку внучку, родившуюся несколько дней тому назад. Что-то приговаривал ей, смотрел с любовью, слегка касался ее щечки своими нескладными заскорузлыми пальцами. 
А спустя некоторое время  я увидела его за работой в хлеву (именно так Таня называла ), когда он своими сильными руками поддевал на вилы сено, раздавая корм животным. Йозеф - удивительно художественно-убедительная личность, прекрасная , потому что гармоничная. Недавно какой-то пресыщенный дурак сказал по ТВ, что литература - продолжение жизни - это скучно, а вот жизнь - продолжение литературы - это интересно! Все равно, что сказать , что сперва еда, а потом фекалии - это скучно. И правда, надоело, сколько можно! А вот наоборот - это круто. Приятного вам аппетита!
Но мы не таковы, а посему скажу, что при любом раскладе Йозеф совершенен и в жизни, и в литературе.И глядя на него, нельзя не удивляться чудесно угаданным литературой жизненным типам. 
В общем, я под впечатлением...

Как же красиво было в доме! Все чисто-пречисто (надо ли говорить, что кафельно -кремовом туалете пахло апельсинами), кругом Рождественские украшения. В комнате, где мы трапезничали, стояла елка до потолка. А в коридоре на специальном возвышении - маленькие раскрашенные фигурки из дерева, изображавшие рождение Христа. Это была целая композиция с Ангелами и пастухами, с вертепом, Святым семейством, с овцами, собаками, с волхвами.Этой композиции много лет, ее делал еще дедушка Клары и Йозефа, каждый год на Рождество ее выставляют.

Я только удивлялась, как же это Ева справляется  с таким хозяйством - огромный дом да еще постояльцы неверху. И как она упевает все мыть, чистить, всем готовить. Видели бы вы ее кухню! век бы в такой прожила и не устала.Большая, уютная, деревенская, с большими столами, какими-то балками, с кучей всяческой снеди и посуды. 

Весь праздничный вечер все твердили - поедем-ка в хлев! И мы поехали.  Чуть выше в гору - и снег, белым-бело. Огромное поле, посреди которого стоял этот хлев. Из приоткрытых ворот-дверей пробивался электрический свет. Внутри жили животинки, в том числе и четыре кошки, очень толстые, совершенно дикие и не ручны, призванные уничтожать грызунов. Когда мы зашли, они все четверо ели из одной плошки, увидев нас, бросились врассыпную.
Посередине хлева возле огромной копны сена стоял с вилами Йозеф и раздавал направо и налево корма. Именно, направо и налево,потому что по периметру хлева в загоне  за невысоким деревянным забором стояли, как в Ноевом ковчеге, самые разные животные - две лошади, корова с теленком, розовые хрюшки, овцы и даже коза, которая напругала меня, неожиданно выскочив вперед и встав на задние ноги . А я-то, дура, умильно подошла поближе к заборчику, чтобы получше разглядеть ягнят! Эта коза или козел - у ж не знаю - еще и заблеяла мне прямо в лицо! Поделом тебе, акула, поделом. Не лезь со свиным рылом в калашный ряд.
Таня чуть со смеху не лопнула. Я бы тоже посмеялась, но больно уж козел тот грозен был, а может серьезен.
Таких животных я видела только на картинках в книжках для детей - упитанные,а главное - до того чистые, что не верится. А ведь дедушка мой был конюх, всю жизнь при лошадях, а мы при нем. Да и бабушка свою коровушку любила почти как нас, своих внучат. 

Когда мы вышли на улицу, уже стемнело. Саша спросил, что на втором этаже хлева. Там была техника, трактор и прочее. Йозеф сказал, что в следующий раз, когда мы приедем летом, он нас покатает на тракторе по полям.И мы поехали домой,. А в машине еще долго потом пахло хлевом, о чем со смешком сказала Клара. 

По-моему, в данном посте у меня ключевое слово - огромный. Да уж!..