December 4th, 2012

О Рильке и не только

Странно бывает - неожиданно (или всё же ожидаемо?) в жизнь входят далёкие люди, знаменитые и уже ушедшие в мир иной, картины и стихи - почти на физическом уровне, оттесняя и удаляя из ближайшего окружения явления и реальных людей, занимая денно и нощно твою жизнь, твои мысли и интересы.
Так было с Рильке. Впервые он прозвучал, когда навсегда уезжала моя дорогая подруга Люся. Это были 90-е годы, она интенсивно учила немецкий и собирала чемоданы.

Я не могла и не хотела верить в её отъезд. Как же? Что же? Ведь здесь оставалась ее мама, ее бабушка, такая светлая, почти святая.
Наши старшие дети были друзья - не разлей вода!

И как же я? Наши ежедневные встречи, недолгие, по пути домой на 9 этаж пешком - к Люсе на 4-ый испить чайку.
Или долгие - поздно вечером, когда уснуть детки, собраться у меня и распить бутылочку Шампанского, купленного по случаю.

Мой тайный ужас перед неминуемой разлукой, мои ночные горькие слёзы и стихи, посыпавшиеся как из дырявого мешка - хоть какая-то попытка удержать - всё сплелось в какой-то невнятный клубок, летевший кубарем и с ускорением с горы - вперед, к расставанью!

И вот тут появился Рильке. Она принесла его стихо для перевода. Так закончился её очередной, очень уже высокий, курс немецкого.
Это была "Песня любви". Да, как раз.
Я смотрела в немецкие слова и буквы,пытаясь отгадать и почувствовать. Я просто обязана была высказаться. Я - для нее.

В какой-то момент все раскрылось, как на ладони. Все, весь текст, стал понятен, не только смысл, но и грусть, и глубина, и все то надмирное, что есть в любви, то, что несет судьба, а мы смиряемся.
В общем, я написала аж три перевода. Может, это и не переводы вовсе, а так - парафраз, реминисценции, аллюзии.
Итак. Рильке. Песня любви.

Куда, в какую высоту поднять мне душу,
Чтобы с твоей единство мне разрушить?
И где, в какой дали иль глубине какой,
Не сопрягалась бы моя с твоей душой
В едином ритме. Разве что в тюрьме,
Где сторож - одиночество забвенья,
Где места нет в недвижной тишине
Души звеняще-непрерывному движенью,
Что как струна иль луч натянуты рукой
Невидимой на инструмент волшебный,
Идущий ввысь поющею дугой,
Невидимой и разноцветной.
Ах, на каком душа натянута смычке?
Кто тот скрипач, что держит нас в руке?