Татьяна Ивановна (frese) wrote,
Татьяна Ивановна
frese

Categories:

Учительское. Деревня (быт)

Я поселилась у директора. Это была временная мера, пока мне не найдется подходящее жилье у какой-нибудь старушки.
Дом был огромный, обихаживала его бабушка, мама моей начальницы. Гостевой комнаты, как мы понимаем, не было, меня расположили в зале. Это и вправду был зал - огромный и полупустой. Я спала на торжественном диване, а вещи под лавочкой. Было очень одиноко, и я уходила на весь день на улицу. А так как идти мне было некуда - не гулять же по трем улицам, где отовсюду кидались с радостным лаем собаки и на всех углах шипели гуси, которых я боялась пуще собак, - то я уходила подальше от деревни, в поля. Там, случалось, ныла и гундела.
Пока однажды за чаем моя хозяйка неожиданно не просила меня:
-Вы единственный ребенок у родителей?
Я с недоумением подтвердила, что да.
-Тогда все понятно.
-???
-ВЫ избалованная дочка.
Батюшки! Мало того, что на меня смотрят во все окна и ворота, когда я иду в школу, мало того, что неведомые люди (например, подвозивший меня до станции на попутке молодой шофер, у которого точно нет детей школьного возраста) радостно сообщают обо мне все, что я и сама о себе не знаю, так еще и за деревней не скроешься - видят и мои слезки, и мою тоску. Плохо, Татьяна Ивановна, очень плохо!

Чуть позже мне нашли квартиру - это была комната в пятистенном, большом и оттого холодном доме у пожилой супружеской пары. Они были замечательные старички. Огород, ранетка, соленья, кошка с котятами, пуховые козы и гуси - все, как положено в крепком хозяйстве. Их взрослая дочь тоже была учительницей, но в Новосибирске.
Мне выделили отдельную комнату рядом с кухней, где была маленькая автономная печка, которую я топить не умела и не смела - хозяева экономили дрова.
Я включала электрический обогреватель, на ночь одевалась, как на северный полюс - носки, рейтузы, кофта - и лезла в спальник, а сверху еще и одеяло. При том, что я совсем не мерзлявая.

Однажды в школе меня спросили, как мне мое жилье. Я сказала, что всем довольна, только холодно. В тот же день, придя домой после уроков, увидела поджатые губки Анны Спиридоновны:
-Говорят, Тане квартира не нравится! Говорят, Тане холодно!
Я замерла. Догадываясь, кто сказал эту новость, не могла не удивиться световой скорости передачи информации.

После этого дед стал почаще топить у меня в комнате. Кроме того, я попросила вырезать мне форточку. Приехавший друг Юра ускорил этот процесс.
Окно моей комнаты выходило в глухой двор. Но хозяева мягко поправили меня, когда вечером увидели незадернутые занавески:
-Таня, окна надо закрывать, а то знаешь... Люди...
-Но у меня же во двор!
-Нет, надо. Все равно.

Такое общее кровообращение мне было и непонятно, и неприятно. Труднее всего было с туалетами. Конечно, все они были на улице, такой древний щелястый домик и дырка в полу. При школе было вообще чудо: большой сарай, перегороженный досками на М и Жо, а внутри вдоль стены несколько дырок. Коллективные испражнения, ну а чо? Все общее!
У моих хозяев туалет был под общей крышей с сараем, где обитала живность, а главное - гуси!
Мимо собаки я ходила резво, я ее подкормила, и она мне махала хвостиком. А вот гусак - гадость такая! - шипел, вытянув свою змеиную шею. Я боялась его страшно, и однажды, отчаявшись пройти к заветному домику с дыркой в полу, набросила на его голову пустое ведро! Великовато оказалось...

Осенью гусак поймал меня за полу моего длинного шикарного пальто, а я с воплем промчалась с ним по двору и влетела в дом пред очи моей удивленной хозяйки. Кажется, гусь и сам не ожидал такой прыти и был сконфужен.
Зимой, когда гусей забивают и везут на рынок, я купила у своих хозяев тушку (ох, и дорогая же она - 16 рублей!) и привезла на Новый год приятельнице, где мы этого гуся и съели. Был ли это мой обидчик, не знаю.
Кроме драк с непокорными и злобными гусаками, были еще моменты общения с местной фауной. Весь совхоз держал коз, а у моей хозяйки была козочка Катя с невероятной красоты шерстью. Дымчато-пепельные локоны вызывали зависть у всех вязальщиц. Я выразила желание купить пряжу. Мне ответствовали, что козочку надо подкормить.
Я носила ей каждый день булку белого хлеба, и наконец получила свой моток пряжи. Я связала себе кофту, которая распушилась длинными локонами, потрясавшими воображение. Эта кофта, кстати, прослужила мне долгие годы и уберегла не только меня, но и моих детей от всяческих болезней - она не просто согревала, а как будто лечила, прогревая бронхи и легкие.

Это козочка Катя имела счастье разрешиться от бремени козленочком, и их - маму и сыночка - взяли, как это водится в русских селениях, в дом. Катя, привязанная на кухне, беспрерывно блеяла под моей дверью, а милый малыш поминутно скакал звонкими копытцами на высокий кухонный порог и спрыгивал оттуда Однажды, когда хозяйка покинула свой пост на кухонном диване, я, доведенная до белой ярости этими мерзкими звуками (это ж пытка, люди!), вышла к ним и грозно сказала, что сейчас, вот прямо сейчас задушу их обоих. Коза попятилась к стене и замолкла.
Потом их увели в сарай, где им и место.

Я приплачивала своей хозяйке за квартиру ("Это ничего, Таня, что за тебя государство платит, это очень мало оно платит!") и полностью оплачивала свет ("Это ничего, Таня, что за тебя государство платит, у тебя всю ночь в комнате горит обогреватель,а счетчик так и шмыгает!").
Я получала 127 рублей (ставка - 100, плюс за классное руководство, тетради, минус подоходный), этого вполне хватало. Я даже на весенних каникулах съездила в Москву и купила там себе роскошную шубу.

Анна Спиридоновна иногда угощала меня вкуснющими оладьями (до сих пор не знаю, как она их делала, что они были высокими и воздушными. Или я такая голодная была?). Каждую субботу после первого урока я уезжала в город, возвращалась в понедельник сразу в школу и приходила к ним домой после обеда.

Жили мы мирно и тихо. Если не считать нескольких неприятных моментов: в мое отсутствие кто-то рылся в моих вещах, брал фотографии, пластинки, проигрыватель. И кое-что у меня украли. Это все сделали, как я поняла, молодые родственники моих хозяев с их молчаливого согласия, так как моя хозяйка никогда никуда не ходила, а сидела на диванчике на кухне и пряла-вязала.
Милые деревенские жители!
(Продолжение следует.)
Subscribe

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…