Татьяна Ивановна (frese) wrote,
Татьяна Ивановна
frese

Categories:

Чингачгук-Зоркий Глаз

Смотрю изумительный старый фильм "Медовый месяц" с очаровательной Людмилой Касаткиной и красавцем Кадочниковым.
И вот приехали они в глухомань, на стройку в Сибири, и предоставили им жилье - трюм старого списанного пароходика на вечном приколе у реки.
И все, что происходит между молодыми супругами - а происходит там Шекспировская драма в комедийном ключе - все становится известно местным жителям.
И не только потому, что все на относительном виду, не только по вполне понятному интересу к молодоженам и просто новым людям в этой глуши. Но и по простой привычке, по традиции совать везде нос - а чё такого? По неистребимому чувству родственной связи со всем живущим на земле, правда, без характерной для этого понятия любви и уважения.

И вспомнилось мне одно милое приключение, бывшее со мной отчасти в подобной ситуации. И хотя я уже знала о многоглазой гидре с тысячью ушами, следящей за каждым моим шагом на фоне сельской пасторали, такой зоркости и такого проникновения в ширь и глубь не ожидала!



Работала я тогда во второй своей деревне по распределению. Если в первой меня поселили квартиранткой у милых пожилых супругов - правда, в отдельной комнатке с закрывающейся дверью (в третьей деревне не было и такого, двери, то есть!), то здесь мне предоставили отдельное жилье.
Оно мало чем отличалось от трюма заброшенного пароходика, а друг Юра сказал, побывав у меня в гостях - это дворницкая какая-то. Я очень смеялась!

Это был двухэтажный дом, очень своеобразный и необычный. На втором этаже были комнаты вкривь и вкось расположенные относительно общего коридора. Там было почище, потеплее.
А внизу, где мне дали отдельную автономную комнату, все напоминало то ли старый, плохо почищенный хлев, то ли дом, где в войну засели партизаны и долго отстреливались от врага, то ли просто недостроенное жилище, которое почему-то бросили на полпути к успеху.

Пол подъезда был вровень с землей, поэтому дверь не закрывалась - земля имеет способность двигаться, накапливаясь кучами. К дверям квартир - назовем их так, вели три ступеньки вверх, а там открывалось взору довольно большое пространство - квадратная площадка, на которую выходили три или четыре двери жилищ.
Кто жил в этих квартирах, как там было внутри - я не знаю. Не видела, потому что рано уходила в школу, а по выходным уезжала в город на электричке, до которой еще шла пешком 5 км.

Но могу предположить, что ничего там хорошего не было, судя по моей комнате, которая располагалась влево по коридору. (От квадратной площадки влево шел коридор.) Вот там-то меня и поселили.
Интересно еще то, что чуть дальше по коридору была еще одна комната - необитаемая. Там лежал кучами мусор, опилки и не было двери и окна. Что это было за помещение - загадка!

Комната моя была довольно большой, со столом и кроватью. В углу стоял умывальник. Слава Богу, батареи центрального отопления там были. Туалет на весь дом был один - на улице. Наш знаменитый экологический туалет,с дыркой посередине!

Окно было от пола до потолка. Грязное, но вымыть его не имелось возможности, потому что въехала я зимой. К этому окну вечерами приходили праздношатающиеся ученики и прочая шушара. А так как я занавесила все окно газетами и довольно высоко, но не до потолка, они сопя и пыхтя подсаживали друг друга, а потом удовлетворенно (или разочарованно) приговаривали:
-Тетради проверяет!..
Надо заметить, что делали они это не со зла и даже соблюдали дистанцию и некоторое уважение: не бранились, падая и соскальзывая, а только охали, не плевали, не сморкались во все стороны, как это принято при нежных ухаживаниях. Кроме того, они старались делать свои манипуляции тихо, чтобы, видимо, не потревожить, а может, кто знает, и соответствовать городской барышне- культурной училке.
Но скорей всего - во избежание неприятностей. Я же могла пожаловаться, кто ее знает эту барыню!

Я могла бы многое рассказать про этот веселый дом, про то, как живший на втором этаже молодой учитель географии, распределенный в это тьмутаракань из Минска (!) сожительствовал с молоденькой учительницей русского языка и литературы, с женой агронома и со старшеклассницами. Могла бы рассказать, откуда я брала воду для умывальника и как я мылась в полной темноте - сами понимаете, при таком пристальном внимании с улицы! Но я и так заболталась, а главную историю еще и не начала. Простите, приступаю.

В бытность мою в этой деревне я была уже замужем 2 месяца, но муж мой, отговариваясь тяжкими болезнями, ко мне не приезжал. А вот друг Юра приезжал. Он всегда меня поддерживал, всегда был рядом в трудную минуту.
Понимая, как мне одиноко и невесело, приехал он как-то в гости. К нам в комнату спустился сексуально озабоченный географ - все-таки он был из столицы и ему хотелось хороших умных разговоров, и со мной он дружил без всяких сальностей и поползновений. Правда, при Юрке он попытался было положить мне руку на коленку, но получил от меня такой выразительный взгляд, что отлетел с извиняющейся улыбочкой.
Просидели мы до полночи, географ ушел, а я давно присмотрела старую раскладушку,стоящую без движения возле одной из дверей на первом этаже.

Была глухая ночь. Я на цыпочках вышла в общий коридор, взяла раскладушку и бесшумно юркнула к себе в комнату. Спальник у меня был - моя мама-геолог всегда мне его давала в путь! Юрка залез в спальник, разложенный на чужой раскладушке, я легла на свою кровать. Спокойной ночи!

Ни свет ни заря я вернула раскладушку на место. Электричка уходила очень рано, а до нее еще надо было дойти, поэтому мой гость ушел в темноту зимнего утра.

Где-то через день или даже в тот же день одна милая учительница, жившая совсем в другом месте, далеко от меня, сказала:
-А Петрова из 10 класса проспорила своей однокласснице Ивановой килограмм шоколадных конфет из-за тебя!
-??!
-А они поспорили, кто к тебе приехал - муж или брат. Петрова говорила, что муж, а Иванова, что брат.
-Ну, да, да. Юрка мог бы быть моим братом. Светловолосый, с вьющими волосами, сероглазый.
-Нет, не потому. Иванова сказала - а она раскладушку у Сидоровых взяла. Значит, не муж!

Я онемела. Как?! Кто узнал?!! Юрка спал на этой раскладушке от силы 2 часа. В дверях нет глазков. Никто не мог видеть! (Притом, что я отродясь не знала ни Петрову, ни Иванову, ни соседей Сидоровых - вот оказывается, как их фомилиё!)
А вот! Зоркие Очеса-Чуткие Ущеса! Знай наших! Мышь не проскочит, враг не пройдет! Хотя насчет последнего я сомневаюсь как-то...

Subscribe

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…