Татьяна Ивановна (frese) wrote,
Татьяна Ивановна
frese

Накануне 8 марта сто лет назад

Человек за одну жизнь проживает несколько. Причем разных, иногда - диаметрально противоположных. От бессильного и жалобного смирения до всевластной сладости клеветы.
Впрочем, возможно, это все же одна и та же жизнь, разные ее стороны.

Я всегда любила помогать, поддерживать, а потому смотрела не на первых, не на победителей, а только на последних, отстающих, сирых и убогих.

"Первым-то хорошо, - думала я, - им медали, аплодисменты, объятия. А вот последний в забеге... или предпоследний... Он ведь не меньше тренировался, надеялся, уставал. А результат несправедливый. Жалко его".



Думаю, что сил было много, хотелось потратить, да еще и с умом, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы... ну и так далее, сами знаете...вот и выбирала я, невзирая на парализующую окрестности красоту, молодость, что быстро проходит, но я этого тогда не знала, и жизнерадостность - уж радостность так радостность - так, бывалочись, ржала, что и челюсть вон вылетала... у рядом ржущих...
В общем, выбирала я из всего народонаселения больных, косых, хромых и тяжко раненых.

Недаром пробой пера у меня - первая любовь! - был слепо-глухо-немой, нет вру - глухой он был, почти слепой - да, но не немой, а очень даже разговорчивый. Но весьма шепелявый. Слышал же он плохо! (Вздыхает.)

Я, конечно, помнила слова Печорина о том, как он не любит уродов и убогих: "Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство."

Печорин не любил, а я как раз любила именно таковых, может, отчасти оттого, что они казались мне наиболее надежными из-за их слабости - ну куда ж такому сбежать? как покинуть родную гавань? Они ж из понимания своего грядущего одиночества самые верные будут товарищи! Вот как я думала.
Думала, потому и вышла замуж за безнадежно хромого, умирающего в своем углу, брошенного всеми и никому не нужного.

Вышла я в поле широкое и развернулась я во всю ширь: всяческие уловки по выздоровлению и примочки от бед. В общем, в своей тарелке я оказалась, потому как всегда хотелось мне подвига, да не по четвергам, а каждый день - ко мне! И все мне мало - все вечерами Бога молю - пошли мне подвиг! Прямо сладу нет!

И вот как-то, когда жили мы уже некоторое время в новой квартире, детки росли,
и прочее счастье привалило, накануне 8 марта, прочитала я в женском журнале (тогда еще выписывали бумажные журналы, и они были весьма достойными - без ошибок) интервью со священником, где в частности, он ответил на вопрос:"Какую женщину можно считать идеальной?" Тогда церковь только-только в моду входила, батюшек все слушали внимательно.

Батюшка сказал:"Идеальных женщин нет, но есть приближающиеся у идеалу. Это те, кто выходит замуж за больных, инвалидов. Те, кто рожает детей, сколько Бог пошлет. Те, кто предпочтут семью карьере, бросят ради детей престижную работу, идут на жертвы ради здоровья детей."

Призадумалась я. А потом вечером сказала мужу:" А обо мне сегодня батюшка говорил в интервью. Сказал, что я близка к идеалу".

Ведь все, как по писанному, по меня говорил поп: вышла я замуж, когда ни один врач не мог ни поставить диагноз юному супругу, ни дать обнадеживающий прогноз. Жених был инвалид!
И детей хотела много, сколько Бог даст.
И ради детей сидела дома много лет, экономя на себе, а потом вместе с ними вышла в детский сад няней, забыв про свой университетский диплом.
Как стонала моя непонимающая мама: "Ты могла бы в этом садике заведующей быть, а ты горшки выносишь!"
А мне все хорошо и сладостно - это мое! И работалось мне там счастливо и в удовольствие!

А теперь вспоминаю свои подвиги и удивляюсь - даже и не верится, что все это я перелопатила. Да и с легкостью!
Совсем другая жизнь. И у меня, и у барона того, что безногим в семью принят был, где окреп и впал в лютость. За что и изгнан был. Ах, как прав был Печорин!

Или не так все было... Это уже неважно.

Важно то, что когда-то меня совершенно неожиданно похвалил неизвестный мне добрый врачеватель душ, а ныне я ту жизнь смутно помню, как верная и смешная Каштанка, что шла за вновь обретенными хозяевами и все былое "представлялось ей теперь, как длинный, перепутанный, тяжелый сон"...

Subscribe

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments

  • Педагогический просчет

    Дом моей бабушки фасадом выходил на главную улицу. А боковой стороной - на проезд, ведущий к мосту через речку, протекающую за огородом. Когда-то…

  • Ведомо ли вам...

    Вот опять выборы приближаются. Сколько уж было разоблачений, сколько видео-невидео про нечестных учительниц, что вбросы делают, а потом, ночью, еще и…

  • A bout de souffle

    Наши 60-е годы... Лучшие годы 20 века. Выросло поколение, родившееся в страшные сороковые, выросло, чтобы жить и дышать полной грудью. Новая мода…