Татьяна Ивановна (frese) wrote,
Татьяна Ивановна
frese

Category:

Мысли в разброд

Да уж, мысли. Это так, никому, самой себе, на память.

Читала стихи. Разные. Вот Пушкин, вот Бродский. И два поля - одни поэты тут, другие там. У Пушкина все ясно, понятно, прозрачно. Мороз и солнце! День чудесный! И героиня та есть, и любовь, и нежность, и узнаваемые пейзажи, где сам бывал и хочется туда вновь, но когда это было и будет ли... И грустно, хоть все пропитано жизнью и любовью к ней.
И трудные для восприятия, напичканные умными и неожиданными метафорами стихи Бродского, которые надо перечитывать, вникая в его сложный синтаксис, нарочито рвущий ткань стиха, почти ломающий рифму, вспоминая образы-символы, отсылающие нас к Ветхому завету или к языческим временам, многобожию греков.

У каждого поэта свой голос, свой мир, где ему привольно. А что до читателей, так это тот благословенный лужок, куда и течет река или ручей поэзии. Зависит от ландшафта.



И опять читала стихи. Кажется поняла, почему мой знакомый, ныне покойный бард и поэт В.Б. все больше забывается, уходит без следа.
Он был философ, стихи его трудные, с поля Бродского, они насыщены необычными образами, неожиданными сравнениями, часто непонятными и туманными, кажущиеся неточными. Но дело не в этом.
А в том, что в них есть раздвоение личности. С одной стороны - он хотел быть преуспевающим в земной жизни человеком, ученым, не хуже других. Работал и институте ядрёной физики, писал научные работы и даже купил за 100 доларов почетную грамоту какого-то американского филькиного университета - такие в 90-е годы продавались широко у нас. Нормальные учёные посмеивались, а вот он купил и даже выставил этот диплом на обложке своего первого диска с песнями.

С другой стороны, он позиционировал себя как поэта и барда. Впрочем, кажется и жил так - только наполовину. Ибо вторая половина рвалась в иные дали - успешности в делах.
Как результат - что-то очень недоговоренное в его стихах, очень неглубокое, которое, однако же, хочет быть таковым - глубоким, но корабль его стоит у пирса, а хочется, чтобы в море! Но уйти в море он так и не посмел.

Нельзя служить двум господам, нельзя усидеть на двух стульях. Поэт может быть любым человеком - хорошим и плохим, пьяницей и игроком, семьянином и развратником. Неисповедимы пути Господни, и мы не знаем Его законов - за что и почему ему дадено и тебе нет.

Но поэт не может ставить внешнюю успешность во главу угла, не должен рваться успеть всюду, как тот пострел, что везде поспел. Либо если это так - тогда его вирши не более, чем побочное увлечение, забава и нечто второстепенное. А читатель это всегда почувствует и поймет.

Я всегда была падка на таланты. Малейшее его проявление - и я смотрела на человека с восторгом. Мне было обидно и казалось несправедливым замечание моей мамы, чьему вкусу я доверяла, когда она увидела выступление В.Б. на местном телевидении:
-Неужели в университете никого талантливее не нашлось?
И неожиданный ответ моей близкой подруги Наташи, умницы и прозорливицы:
-Вот не нашлось!

Теперь я понимаю их реплики. Увы! Ведь поэту важно не только, КАК сказать, но и ЧТО сказать. Для этого его внутренняя жизнь должна быть насыщенной, главной. А если сказать нечего (внешняя жизнь превалирует), то все попытки растечься глаголом остаются тщетны.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments