Category: город

Category was added automatically. Read all entries about "город".

Пражское метро и прочие изыски

Мы хотим посмотреть простую рабочую Прагу. Как живет наш братский народ, чем дышит? Поэтому едем на метро да самой последней станции, которая оказывается почти за городом. Это автостанция, с которой народ уезжает в окрестные луга и поля городишки и деревни, в пригород Праги.


Станции метро тут на поверхности. Вот так в окошечко видны окрестные зеленя.

Collapse )

Наш Пушкин

Приехал с работы младший. Говорит, в метро акция - кто прочитает на входе стихотворение А.С.Пушкина (можно и одно четверостишье), тому бесплатный вход.

Я прямо загорелась - уж я бы, да ух! Готова читать его целыми главами из "Евгения Онегина", пусть бы народ шел бесплатно, а я бы за них наяривала наизусть! :) Жаль, метро мне не актуально, далеко и ни к чему.

Но главное! Сын сказал, что на входе метро малыши (детский сад) хором читали "У лукоморья дуб зеленый..." Они поехали в какой-то музей, вошли в метро, а тут такая удача - бесплатно.
Вот и выстроились в три ряда и детскими голосами читали громко и выразительно.

Жаль, что я этого не видела, а у сына нет камеры на телефоне. Это же чудо чудесное - деточки читают хором Пушкина!

С днем рождения, дорогой и родной наш Поэт Поэтович!

Ирена Сандлер. Чтобы помнили

Оригинал взят у nusha_cat в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у karjalaskier в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у artur_s в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у mimohodom04 в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у pes4inka888 в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у zoy_ka в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у irka_hole в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у vezuka в Ирена Сандлер. Чтобы помнили
Оригинал взят у daiquiri2a в Ирена Сандлер.
Оригинал взят у j_belkina в Ирена Сандлер.
Оригинал взят у machoocha в Ирена Сандлер.
Оригинал взят у agabalych в Ирена Сандлер.
Оригинал взят у kav0887 в Ирена Сандлер.
Оригинал взят у chernenkoekat в Ирена Сандлер.



Посмотрите на эту женщину - и запомните ее навсегда! Мир не стал безнравственным только сейчас - он всегда был таким... Награду не всегда получает тот, кто достоин её более других.Недавно, в возрасте 98-и лет умерла женщина по имени Ирена Сандлер. Во время Второй мировой войны Ирина получила разрешение на работу в Варшавском гетто в качестве сантехника/сварщика. У неё были на то "скрытые мотивы".Будучи немкой, она знала о планах нацистов по поводу евреев. На дне сумки для инструментов она стала выносить детей из гетто, а в задней части грузовичка у неё был мешок для детей постарше. Там же она возила собаку, которую натаскала лаять, когда немецкая охрана впускала и выпускала машину через ворота гетто. Солдаты, естественно, не хотели связываться с собакой, а её лай прикрывал звуки, которые могли издавать дети. За время этой деятельности Ирине удалось вынести из гетто и, тем самым, спасти 2500 детей.Её поймали; нацисты сломали ей ноги и руки, жестоко избили. Ирена вела запись имён всех вынесенных ею детей,списки она хранила в стеклянной банке, зарытой под деревом в её заднем дворе. После войны она попыталась отыскать всех возможно выживших родителей и воссоединить семьи. Но большинство из них окончило жизнь в газовых камерах. Дети, которым она помогла, были устроены в детские дома или усыновлены.В прошлом году Ирена Сэндлер была номинирована на Нобелевскую премию Мира. Она не была избрана. Её премию получил Эл Гор - за слайд-шоу по всемирному потеплению... А в этом году премию получил Барак Обама за свои предвыборные обещания. Я вношу свой маленький вклад, пересылая Вам это письмо.Надеюсь, Вы поступите так же. Прошло 65 лет со дня окончания Второй Мировой войны в Европе. Это электронное письмо как цепочка памяти - памяти о шести миллионах евреев, 20-ти миллионах русских, десяти миллионах христиан и 1900 католических священниках, которые были убиты, расстреляны, изнасилованы, сожжены, заморены голодом и унижены. Это послание предназначено сорока миллионам людей. Помоги нам распространить его по всему миру.


Актуально всегда и не имеет срока давности. Горжусь, что могу разместить у себя просто рассказ о подвижнице. Люди, помните.

Москва.День отъезда.

Я всегда Москву любила.

И когда теперь говорят, что она стала чудо как хороша, дивно изменилась, я только руками развожу. Да она всегда была такой, красивой, новой, столичной.

Конечно, каждое поколение открывает мир заново для себя, но не до такого же, когда Волга впадает в Каспийское море - ну надо же!

Я провела Сашу по своим любимым местам, по памятным мне дорожкам и еще раз убедилась, что ничего существенного в Москве не изменилось, разве что на Манежной площади Лужков с Церителли нарыли чего-то под землей - ни дать ни взять - кроты!, а сверху появились кочки. Да на Красной площади две ужасные (уж простите) церквушки, возле которых очень бесстыдные и настырные нищие,просто рвут милостыню не руками, так воем и криком.

Посреди Красной площади был каток с искусственным льдом (снега-то не было), ярко освещенный, оглашаемый музыкой каких-то 30-тых годов, из серии - нет ее краше, Родины нашей.

А мы идем страшно усталые, ноги гудут, а Сашка еще и масла в огонь подлил - дескать, чегой-то там поют - стал натягивать гамаши, говорят ему - не ваши. Я чуть с копыт не навернулась от смеха! И так еле иду,а тут еще шуточки его!

Прошлись мы с ним и по вечернему Тверскому проспекту, то бишь,улице Горького. Все узнаваемо, все было. Тут тебе и Маяковский, тут тебе и Пушкин. Съездили на прозрачный метромост.

Странно все-таки видеть предновогоднюю суету без снега. Елки, Санты Клаусы (именно они, а не Деды Морозы, потому что в коротеньких пиджачках) возле метро раздают листовки с рекламой. Я уворачивалась. Бог с ними!

Вкусные пирожки в киоске у Храма Христа Спастеля. Ольга сказала, что такие продают везде - в метро, в частности. Я купила, ан нет. Не такие.

Ветер холодный, злой, иногда дождь. И не поймешь, какое время года. Не осень, но и не весна - птицы не поют.

Хотя, какое пение в Москве! Москвичи ужасны, к сожалению. Ненавидят людей. Спрашиваешь - не отвечают. Нарочно не отвечают. Все слышат, понимают, злобно смотрят и... молчат.

Прямо смех да и только! Я спросила тетку, продающую в метро тикеты про цену, и хотя не было людей и она не была ничем занята, она злобно сопела, смотрела на меня и молчала. Я даже не поняла, в чем дело. А Ольга сказала,что это еще хорошо, потому что она однажды в подобной ситуации услышала окрик не по теме - лохматая! Почему продавщица билетов решила высказаться по поводу Ольгиной прически, осталось тайной.

И еще сильно хамят в магазинах. Прямо как в СССР. Ольга сказала, что это отмечают все - и приехавшие с Севера, и с Юга. Тоже непонятно. Я видела,как рано утром (магазин только что открылся) в маленьком магазинчике на Арбате, рядом со множеством посольств продавщица ОРАЛА так на покупателя, что я струхнула, хотя сама не прочь бываю резануть правдушку ревом. И главное - непонятно, за что она его так.

Короче, тесно там им, душно, тошно и жарко. Рвутся они на волю, а не выходит.Толпой на волю не получается, не бывает. В метро стараются сидеть, не касаясь друг друга, брезгливо ноги поджимают,зато в толпе, бегущей навстречу, обязательно , но без всякой на то нужды кто-нить тебя толкнет или приударит, вроде, пошел прочь, с дороги, беги скорей!  И смех,и грех!

Горе тебе, Москва, град столичный! Надеюсь, есть в нем праведники,за которых Господь пощадит город. Или что? 
И вот сегодня мы уезжаем. Ура! Вечер, вечер, поздно, дождь, блестит асфальт, Олечка провожает нас до щоссе, где сажает нас в попутку до метро. Последнее прости, поцелуи-луи-луи, и мы едем.

В последний раз стоим у входа в метро Перово, курим, оглядывая красиво освещенные огромные дома, где живут чужие равнодушные к нам люди,к которым и мы равнодушны тоже.До свиданья,Перово!

Подземка, полупустой вагон (это значит - мало кто стоит и стоят не тесно), выход к Белорусскому вокзалу. Я еще ни разу не уезжала с него. Ни разу не была западнее Москвы. Вокзал просторный,вот он-то точно полупустой.

Разобрались, где и когда будет наш поезд. Ах, ах, это поезд не на Вену, а на Прагу. Да,там масса прицепных вагонов - Варшава, Прага, один до Вены (наш!) и много до Бреста. В наш вагон только нас двое.Остальные - до Бреста.Проводник, какой-то унылый , блеснувший лысиной в свете московских фонарей дядька, вышел, посмотрел на нас с недоверием (да уж!) и опять ушел.

А так хочется в вагон! Ноги болят, холодно и мокро - дождь моросит .Да и спать охота, честно говоря. Время-то -  полночь.Тут к нам присоединился еще один потенциальный пассажир - чудо из чудес. Высокий чернявый, в какой-то невероятной шубе мехом кверху, а мех - невиданной зверушки, весь торчком, в подобной шапке, с дипломаНтом. Но самое яркое - его ботинки. Я, забыв приличия, так и впилась в них глазами. Блестящие, как тараканы, наполовину полосатые, наполовину - черные. Он был такой гордый, такой важный. Сперва стоял , не замечая нас. Потом снизошел, видно, понял, что и мы едем в этом вагоне, а значит достойны внимания.

Спросил, это ли международный вагон.Я сказала, что знала. Мол, обычный, да. Он спросил проводника, который в это время вышел на улицу и лениво щурился на фонари, но нас не спешил запускать,мол,где его международные места. Тот лениво сказал, что тутвсе места ОДИНАКИИ. Дядька в тараканьих ботах стал звонить по сотику и грозно вопрошать, почему ему купили не тот и не туда билет. Как так не международный?!Проводник, видя, что дело плохо, успокоил пассажирика, говоря, что поедет - лучше не надо, что будет спат как бог.
И стал нас запускать. Причем, не без психологической этюды. Он как-то подозрительно посмотрел на нас с Сашей и спросил, не ошиблись ли мы вагоном. Вряд ли мы к нему. Я, сдерживая смех, твердо и серьезно сказала, что точно,к нему.

Еще один господин Баль, не читавший Булгакова. А тот, как известно, сказал, никогда не судите, милейший, по виду. Может у меня полный примус валюты? И мы вошли в вагон.
С Москвой япопрощалась немного заранее, когда специально вышла на плошадь вокзала под дождь, посмотрела на мокрый асфальт, в котором отражались яркие, все в огнях, дома, где плыли авто и спешили запоздавшие люди.

Я спела Москве чудесную песенку, которая все вертелась у меня в голове, спела ее громко, под настроение, своим волчьим (после 20-ти лет педстажа) голосом, нисколько не стесняясь, потому что меня все равно никто не слышал.

До свиданья, Москва! 

Москва.Перово

Ольга, Ольга, Олечка!
Оказывается, она не спала всю ночь, потому что, вишь ты, прибиралась к нашему приезду. Думала, немного, а на часы глядь - а там уже 4!
Прибрать успела только в своей комнате. Да уж...

В Москве хорошо, тепло, сухо, прямо как в планетарии. Народу уйма, но это же на вокзале - утешаю я себя.

Метро, толпа, поднимаю на эскалаторе подол длинного пальто, в руках сумка, коробка. Едем в поезде, сидим, сквознячок. Едем долго, нам до Перово.
Никогда там не была. Оказалось - ничего даже.
Кое-где грязно, плохие тротуары, но улицы широкие, высокие дома, а вечерами, когда мы с Сашей возвращались домой (домой! подумать только!), на проспектах и около метро чудесно светились дома , и было похоже на столицу и на начало путешествия в далекие края.

От метро до дома довольно далеко, но мы поехали на авто, там у них так принято, ловишь машину и все. И такса постоянная.

Но мы с Сашей повадились ходить пешком и промеряли пятками все это Перово не на один раз. Даже научились срезать углы, да так ,что потом и сама Ольга удивлялась.

Вообще-то приятно пройтись по улицам, довольно безлюдным, свежим вечером, зная, что идешь к ужину и отдыху.
Приятно это делать и утром, когда выходишь по делам в большой город.

Похоже,Перово - район новостроек 60-х годов и в этом смысле мне было еще приятнее совершать еще и путешествие во времени. Топая (правда, в довольно быстром темпе, так что приходила домой запыхавшись и на вопрос Ольги - что случилось? отвечала - бежала от трамвая!) по вечерним или утренним улицам, заглядывала в окна, рассматривала подъезды и дворы, воображая, как радовались первые жильцы-новоселы, какя тут кипела жизнь, любовь, росли дети, деревья, как постепенно все старело - и люди , и дома.

Мы выходили из метро, курили возле доски объявлений и газет, иногда заглядывали в киоск, чтобы пополнить запасы тютюна, потом шли дворами мимо мусорных баков, несанкционированных стоянок автомобилей, мимо закрытых намертво на кодовые замки подъездов, выходили на проспект, такой яркий, такой широкий, что , переходя его, все время вспоминала Бредбери с его героем из"461 градус по Фаренгейту ", проходили мимо аптеки, где я по сходной цене со скидочкой прикупила замечательные колготки , аж 2 пары, мимо киоска с мороженым, где нашли мороженое образца моей юности - эскимо на палочке, и хотя было холодно, слопали его прямо по ходу.

А потом через дворы выходили на почти финишную прямую. Это была улица, по правой стороне которой тянулся очень миленький зеленый забор (храни вас Боже, пока вы молоды, от унылых зеленых заборов!), за которым был туберкулезный диспансер.

Тут было весьма безлюдно, а там,где улица заканчивалась, то есть переходила в шоссе, ведущее неведомо куда, мимо зарослей неведомо каких дерев, надо было поворачивать влево и еще чуть-чуть.

И вновь литературно-культурные реминисценции - заброшенный высотный дом, когда-то явно служивший людям, построенный где-то в 70 годах, с заросшим мхом и жухлой травой , полуосыпавшимся крыльцом - напоминал мне "Сталкера" Тарковского и его первоисточник - "Пикник на обочине" Стругацких.

Вот тут-то и был Ольгин дом, рядом с другими такими же домами , окнами подъезда выходящий на территорию тубдиспансера, окнами квартиры - в заросший старый парк.
Деревья были огромные, небо сумрачное и низкое, ветер, и казалось, что это не декабрь, а осень или мрачная весна. Снега не было, поэтому темнело рано и сильно.

И было бы грустно, если б не дела . А их было много.